Милтон Глейзер
26 июня 1929 года родился американский графический дизайнер Милтон Глейзер (Milton Glaser, 1929 – 2020), создатель журнала «New York Magazine», автор постера с изображением Боба Дилана и символа Нью-Йорка — логотипа «I Love New York». Сегодня мы представляем вашему вниманию интервью Мити Харшака, впервые опубликованное в журнале «Проектор» №1(28) в 2015 году.
Милтон Глейзер — человек-легенда. Вот уже более полувека своими работами он меняет визуальную картину мира и оказывает влияние на развитие графического дизайна. Его персональные выставки проходили в МоМА и в Центре Жоржа Помпиду. В 2009 году он стал первым графическим дизайнером, получившим Национальную медаль искусств США. В 1954 году совместно с Клеем Фелкером он основал Push Pin Studios, в 1968 году — New York Magazine. В 1974 году открыл собственную студию, где и продолжает работать по сей день (прим. ред.: ум. 26 июня 2020, 91 год)
Милтон Глейзер дал большое интервью «Проектору», чем журнал несказанно горд.
Милтон Глейзер. Фото: © Каталина Кулцар
Я хотел бы начать с раннего периода вашей карьеры. Вы в профессии уже более полувека. Какие перемены в дизайне произошли за это время? Что вас вдохновляло раньше и что вдохновляет сейчас?
Меня часто спрашивают об этом. Нет ничего конкретного, что бы вдохновляло меня. Мои интересы очень разнообразны. Я всегда стремлюсь понять то, на что смотрю. Так что вдохновение может принести что угодно: от бутылки пива до «Эмпайр стейт билдинг». Но меня интересует не предмет сам по себе, а мой внимательный взгляд на него, что непросто дается. Меня вдохновляет все, на что я смотрю внимательно.
Расскажите о своих первых проектах, которые вы делали, будучи молодым дизайнером.
Свою первую работу, когда окончил школу, я получил в Condé Nast Magazine, в рекламном отделе: подбирал фотографии по размеру страницы. Я мало понимал в том, чем занимался, но после пары месяцев освоился.
В сущности, это было первое и единственное место, где я был наемным работником. Большую часть жизни я трудился на себя и настоятельно рекомендую поступать так всем, кто заинтересован в том, чтобы воплощать собственные идеи. В противном случае вы будете заниматься воплощением чужих идей.
Black Foreshortened Nude. Милтон Глейзер, плакат персональной выставки в Музее современного искусства в Брюсселе, 1976 год
Был ли учитель или наставник, который служил для вас ориентиром в начале карьеры?
У меня было несколько наставников. Первым был Джордж Солтер, немецкий дизайнер книжных обложек, эмигрировавший в США после прихода нацистов к власти. Он коренным образом изменил дизайн книжной обложки в Америке. Он преподавал в «Купер юнион», взял меня под свое крыло, за что я ему очень благодарен, и подтолкнул меня к работе, связанной с литературой, — поощрял мои занятия книжным дизайном и дизайном обложки. С его помощью я попал в Ellery Queen’s Mystery Magazine, где должен был делать обложки для Mystery Magazine.
Можете ли вы выделить какие-то определенные свои проекты, которые стали краеугольным камнем вашей карьеры, принесли вам международную известность? Возможно, работы, сравнимые по масштабу с журналом The New York Magazine.
Самой значимой своей работой ранних лет я считаю серию книжных обложек изданий Шекспира для Signet Books. Это любопытно, потому что в последние годы я снова начал обращаться к Шекспиру.
Знак I Love New York.
Милтон Глейзер
Я не могу обойти тему логотипа I Love New York. Это один из самых цитируемых визуальных образов XX века. Вам никогда не казалось, что слава автора этого логотипа оставляет в тени другие ваши работы? Что вас воспринимают исключительно как создателя I Love New York?
Успех этой работы стал неожиданностью для меня. Когда ты становишься известен благодаря одной своей незаурядной работе, она, как правило, и в самом деле особенная. Но это всегда случайность, а уж почему образ западает людям в голову, и вовсе непонятно. Исключение составляет логотип I Love New York, потому что он не реклама, а признание в любви к городу, сделанное его же жителями. Именно поэтому он так запомнился. Мы столь восприимчивы к рекламе, увещеваниям и мнениям других людей, что уж говорить о вещах, которые действительно отражают мировоззрение некоего сообщества. В 2001 году после террористической атаки на Всемирный торговый центр я понял, что логотип I love NY уже не столь актуален, 9/11 изменило все.
Вы очень много сделали для Нью-Йорка, в частности, были одним из основателей New York Magazine. Вы делали только дизайн журнала или также занимались редакционной политикой и концепцией издания?
Клэй, мой партнер (Клэй Фелкер — редактор и журналист, основавший с Милтоном Глейзером The New York Magazine в 1968 году.
— Прим. ред.), был парнишкой со Среднего Запада, который хотел дознаться, как устроен Нью-Йорк, совал повсюду свой нос, высовывался из окна, чтобы посмотреть, что за вечеринка там внизу идет. А я был парнишкой из Бронкса, который думал, что знает, как вести себя в городе. Я интересовался дешевыми ресторанами, жизнью в центре, а Клэй был здесь гостем, с изумлением глядящим на город из своего воображения. И между нами двумя образовалось что-то вроде общего поля. Эта двойственность нашла отражение в самом журнале и его полярных интересах: от высших слоев к низшим, от дешевого к дорогому, от жизни богатых людей — к историям бедняков и так далее. Это было чертой журнала, которую привнесли мы оба коллективными усилиями. Сам Клэй занимался редакторской работой с авторами. У нас были регулярные собрания и дискуссии — это было наше общее дело. У нас было человек тридцать или сорок, которые работали для нашего небольшого предприятия, для журнала, и у каждого было чувство сопричастности. Каждый из нас был не каким-то механиком, который налаживает детали выпуска, но соавтором, который определяет ощущения, стиль и саму редакционную позицию журнала.
Вы также использовали журнал как площадку для выражения своих идей и своего видения Нью-Йорка. Сами вы писали тексты?
Часто мы с моим хорошим другом, ныне ушедшим, Джеромом Снайдером выпускали очень важную (хотя сейчас это может показаться тривиальным) колонку The Underground Gourmet о дешевой еде в Нью-Йорке. Мы обнаружили, что дешевая еда — это актуально, ее ищут все. Идея была в том, чтобы найти не только дешевый, но и качественный товар, что непросто. Но в городе, на удивление, много дешевых ресторанчиков, потому что много приезжих. Нашей сверхзадачей было сделать поход в дешевый ресторан социальной нормой. Среднему классу это было не по вкусу: они настаивали на том, что столоваться там опасно. И в какой-то момент они все-таки начали ходить туда, их отношение изменилось. Пришла идея прозрачности: ты можешь делать что угодно и где угодно, менять природу социальных отношений, существовавших в городе. То есть такое незамысловатое место, как дешевый ресторан, можно сделать значимым и изменить представление горожан о месте, в котором они живут.
Плакат Dylan. Милтон Глейзер, 1967 год. Обложка журнала New York. Милтон Глейзер, 1968 год
Как долго вы занимались New York Magazine?
До тех пор, пока я не покинул журнал. Около семи лет.
У вас были другие большие и длительные проекты, которые делали вы лично?
Был один очень большой проект — дизайн супермаркетов Grand Union. Очень большой и сложный проект, которому требовался целый пакет услуг: разработка интерьеров, освещения, упаковки. В этом огромном проекте можно было научиться розничной продаже, распродажам, маркетингу — всему, что душе угодно, и я много всего узнал об этом, хотя никогда не интересовался. В течение пяти лет мы работали над этим проектом. Я тогда получил огромную кучу денег, которую никогда не смог бы заработать, если бы просто занимался графическим дизайном.
За свою карьеру вы получили немало профессиональных наград. Важно ли участие в конкурсах для молодых дизайнеров? Является ли конкурсный успех мерилом таланта?
Молодому специалисту участие в конкурсах только на пользу: это возможность заработать репутацию в начале карьеры, быть независимым и заявить о себе.
Но одних только конкурсов недостаточно. Разговоры о твоей персоне могут вылиться в публичное признание. Люди смотрят на нового молодого специалиста, который выиграл какую-то награду, и немного больше доверяют ему. В общении с клиентом у тебя будет чуточку больше преимуществ и так далее. Очень часто конкурсы действительно представляют лучших из лучших, способных делать высококлассные вещи. Но участвовать в конкурсах необходимо в первую очередь для того, чтобы заявить о себе в профессиональной среде. Конкурсы во многом полезный, но не всегда приятный опыт.
Ваша студия представляет собой скорее небольшую дизайнерскую мастерскую, нежели фабрику. Не было ли у вас соблазна вырасти в большую дизайнерскую корпорацию? Ведь возможности для этого были.
Со мной работало шестьдесят человек, когда я занимался супермаркетами Grand Union, — заказ был очень сложный. Тебе требуется масса специалистов и ресурсов… Я возненавидел это, потому что занимался менеджментом больше, чем всем остальным.
Я не для этого родился. После того как я получил свою кучу денег, я вышел из дела, и сейчас со мной работают две прекрасные девушки и ассистент Дэн. Мы все любим друг друга и получаем удовольствие от совместной работы.
Angels in America. Милтон Глейзер, графика для плаката, 1993 год. Афиша концерта Стиви Уандера. Милтон Глейзер, 1968 год
Вы работали с самыми разными клиентами — вели международные проекты, имели дело с большим бизнесом и культурными институциями. Ваш подход ко всем клиентам одинаков или он зависит от профессионального поля, в котором каждый клиент существует? Работать с музеем и работать с банком — это одно и то же?
Это двусмысленный вопрос, на который следует ответить со всей осторожностью, чтобы люди не поняли, каков на самом деле ответ. Дизайн всегда об одном. Во-первых, ты должен понять, о чем ты толкуешь и на кого направлена коммуникация. Я всегда говорю, что есть три составляющие, три ножки у стула: ты, клиент и аудитория. Последняя имеет наибольшее значение.
Нам, конечно, хотелось бы думать, что наибольшее значение имеем мы сами. Здесь нельзя быть слишком эгоцентричным, за исключением тех случаев, когда ты отстаиваешь то, во что веришь. Но ты также должен учитывать потребности клиента, большая часть которых хочет, чтобы им что-то продавали и уговаривали их. Потребности аудитории заключаются в том, чтобы иметь достоверную информацию. Вы спрашиваете, одинаков ли мой подход. Концептуально — да, стилистически — нет. Стиль вообще другое дело, как и внешний вид, крутизна и желание как-то там выглядеть — все это укоренено в опыте вашей аудитории, а это уже другой вопрос. К сожалению, большинство людей, включая не только студентов, но и преподавателей, полагают дизайн внешней формой, стилем, идентификационной физической характеристикой. Но этим дизайн далеко не исчерпывается.
С чего вы начинаете работу над проектом? Устраиваете ли вы мозговой штурм внутри студии, делаете много набросков или просто выключаете телефон и отправляетесь на прогулку в тишине?
На удивление, мое сознание — это нескончаемый поток.
Нередко, проснувшись утром, я чувствую, что только что увидел во сне решение для работы, которую делал днем. Оно буквально мне приснилось. Я не разделяю мысль и дело. Часто лучший способ работать — начать это делать. Так что чаще всего я просто начинаю работать. У меня нет никаких подготовительных упражнений для этого. Иногда во время работы приходит идея для следующего проекта. Так уж устроен мой мозг. Процесс работы начинается тогда, когда появляется необходимости ее сделать. Даже во время этого разговора я думаю о том, как могу закончить свою работу. А вот словосочетание, которое я терпеть не могу, — это мозговой штурм!
Вы говорите, что видите сны о том, как делать свои проекты. Вы когда-нибудь уставали? Устраиваете ли вы себе творческие отпуски на полгода или на год, чтобы просто все оставить и уехать?
Для меня нет ничего более приятного, чем сидеть за столом и рисовать, делать объект или размышлять, — это моя жизнь. Делать вещи и есть моя жизнь. Традиционное представление о «райском отпуске», в котором человек спит в шезлонге на пляже, кажется мне просто ужасной.
Я готов на все, включая тюремный срок, чтобы избежать этого. Моя работа — это нечто основополагающее и очень приятное. Я влюблен в идею того, что можно претворить в жизнь возникающие в твоем сознании образы. Это все равно что быть Богом (может быть, Богу это и не понравится). Нет большего блаженства, чем делать что-то и наблюдать, как оно оживает, наблюдать во плоти то, что ты мог только частично вообразить. Когда моей жене нужен перерыв, мы едем в деревню. Но даже там я не могу оторваться от работы.
Плакат Dog. Милтон Глейзер, для компании Olivetti, 1969 год. Плакат Sony Tape Full Color Sound. Милтон Глейзер, 1979 год
Насколько вы избирательны в проектах, которые вам предлагают клиенты? Вы можете вообразить ситуацию, когда вы беретесь за проект, который вам не по душе, но будет хорошо оплачен? Или наоборот: если проект очень вас заинтересовал, но у клиента недостаточно денег. Что вы выберете?
Это повсеместная проблема среди специалистов в графическом искусстве.
Дизайнеры занимаются скучной, не творческой работой или сотрудничают с клиентами, которые хотят все контролировать, и их интеллектуальному участию не оказывается места в проекте. Я всегда стараюсь отказаться от работы, в которой чувствую недостаток возможностей для новых изобретений. А еще чаще — когда мне не нравится клиент. Я отказал многим клиентам. В этом я диктатор: если кто-то говорит со мной по телефону и мне не нравится его тон, я не буду браться за работу. Мы хорошо знаем, с кем мы можем работать, а с кем — нет, но при этом тешим себя надеждой, что сотрудничество возможно. Как правило, чтобы принять верное решение, достаточно первого впечатления. Я стараюсь отказываться от работы, которая сулит большие деньги и не представляет собой никакого интереса. Я никогда не был способен работать исключительно за деньги. И я очень редко отказываюсь от проектов, которые предлагают недостаточно денег, но представляют интерес для меня. Так, я делал много работы, для которой, как мне кажется, я предназначен.
Вы принимаете непосредственное участие во всех презентациях и встречах с клиентами? Как вы думаете, презентацию должен делать автор проекта?
На самом деле я сам должен представлять собственную работу. Лучше всего это сделать мне. Другие сотрудники студии часто помогают в этом. Они могут делать презентации. У нас с коллегами полное взаимопонимание. Но обсуждать новый проект с клиентами и представлять его должен я сам.
А бывают случаи, когда клиент не принимает проект? И как вы тогда поступаете?
У каждого дизайнера наберется целая кладовая проектов, получивших отказ клиентов. Зачастую кажется, что именно эти проекты — самые ценные и осмысленные. Причин для отказа, как правило, несколько, но чаще всего эти работы очень оригинальны и выходят за пределы технических требований. Необходимым требованием является успех и, соответственно, доступность для понимания целевой аудитории. Неоднозначность идеи препятствует ее продаже клиенту, который просто хочет получить некий компромиссный вариант.
В тот момент, когда вы не можете убедить клиента в том, что ваш проект подходит для него, важнее всего не пытаться угодить ему или во что бы то ни стало приспособить вашу работу под его нужды, поскольку ваша задача — поднимать уровень, быть лучше. В большинстве случаев вам это под силу: найти лучшее, более мастерское и сильное решение. Говоря профессионально, самое главное для вас — понять, что дело не в том, чтобы снижать качество работы и делать что-то менее запоминающееся и ценное. Если вы используете отказ клиента как возможность для самосовершенствования, — это лучшее, что вы можете сделать. В этом случае вы не будете тратить свою жизнь, чувствуя, что идете на компромиссы и занимаетесь не той работой, на которую на самом деле способны. Повторю: дело не всегда в успехе. Но если говорить о рабочем методе, то чем сдавать позиции и угождать, лучше попытаться поднять свой уровень.
Афиша фестиваля Cooperstown Chamber Music Festival. Милтон Глейзер, 2012 год. Афиша фестиваля Cooperstown Chamber Music Festival.
Милтон Глейзер, 2013 год
Вы говорили о том, как неудачи помогают двигаться вперед. Мне интересно, был ли в вашей карьере такой проект, неуспех которого ранил вас настолько, что вы до сих пор храните память о нем? Или другие проекты, не принятые клиентами, о которых вы вспоминаете с особым чувством?
Я часто терпел неудачи, и когда я вспоминаю свои ранние работы, то понимаю, что на тот момент не мог сделать их иначе. То есть я всегда верю, что возможность двигаться вперед — величайшее благо из всех, что есть в профессии. Если вы спросите, что в работе самое главное, я отвечу, что прежде всего — ваша способность поддерживать к ней постоянный интерес. Самое ужасное, что может случиться с вами в профессиональном отношении, кем бы вы ни работали, — вы потеряете интерес к тому, что делаете. Когда дизайнеры теряют интерес к своему делу, их манера уплощается, они начинают повторяться, снижать планку, и их проекты становятся все слабее и глупее. И в конце концов оказывается, что ваше дело больше не обогащает вашу жизнь.
Вы чувствуете себя расстроенным, работа навевает скуку. Коль скоро вы не в состоянии поддерживать интерес к работе, вы становитесь помощником официанта, который убирает грязную посуду со столов.
Как вы думаете, насколько важно для молодого дизайнера выработать свой собственный узнаваемый стиль? Или лучше стремиться стать универсальным специалистом, чтобы решать любые профессиональные задачи?
Сложный вопрос. Зависит от того, чего ты хочешь в жизни. К примеру, старая модель такова: если ты хочешь быть иллюстратором, ты учишься рисовать и развиваешь так называемый свой стиль, затем тебя нанимают, потому что у тебя есть этот стиль и лучше тебя так никто не может. Такая модель работает и для дизайнеров. К сожалению, многие дизайнеры не умеют рисовать: появились цифровые альтернативы рисунку, и навык оказался утрачен. Рисование — это основной способ постижения формы, и я всегда придерживался идеи, что в основе всего дизайна лежит рисунок.
Есть люди, которые хотят все время делать одно и то же.
Такая работа по силам тем, кто приспособлен к этой жизни. Мне же всегда было интересно, как далеко я смогу зайти, чему и где научиться, как я могу узнать что-то, чего не знал прежде. Это для меня имеет большое значение. И если все вокруг, даже кто-то один, обошли тебя в чем-то, не стремись быть кем-то, кроме себя. Осознавай, что тебе под силу. И ты обнаружишь: люди не ждут от тебя того, что получается у тебя не так хорошо. В прошлом я хотел освоить разделы дизайна: архитектуру, свет, текстиль — все эти вещи, по-моему, просто части одного опыта, который больше, чем что-либо другое, обусловлен сознанием.
Плакат Big Nude для выставки Школы визуального искусства. Милтон Глейзер, 1967 год
Вы упомянули рисунок как основу дизайна. Я знаю, что вы очень много рисуете и все ваши работы изначально рукотворны.
Да, каждая нарисована и раскрашена от руки. Компьютером я не пользуюсь. То есть я использую компьютер: со мной работают люди, которые собирают все воедино.
Кстати, я из тех, кто свято верит в старый добрый метод: дизайнеру нужно научиться рисовать, прежде чем приступать к работе. Почему это важно, становится понятно с возрастом: опыт смотрения и репрезентации (ты видишь что-то, мозг посылает импульс руке, и он преобразуется в рисунок) — это способ познать форму. Учиться рисовать нужно не для того, чтобы стать иллюстратором. Когда я только начинал, иллюстраторы, которые рисовали и писали картины, и дизайнеры, имевшие дело преимущественно с абстракциями, относились друг к другу с презрением. Вероятно, эти отношения представляли собой переходный период модернизма — от идеи повествовательной к идее абстракции, и теоретически абстракция была более совершенной интеллектуальной игрой. Однако в результате в школах перестали учить рисовать. Это стало огромной утратой для тех, кто начинал свой путь в дизайне, ведь как еще можно обрести чувство формы, если не через опыт смотрения и повторения того, что ты видишь, в рисунке. Учиться рисовать нужно не для того, чтобы иллюстрировать, но для того, чтобы познать форму.
Я всегда придерживался идеи, что путь в дизайн лежит через рисунок.
Для меня рисунок всегда был главным способом быть вовлеченным в происходящее. Только с помощью рисунка я могу внимательно смотреть на вещи и только в процессе рисования осознаю то, что вижу. Если бы я не мог нарисовать что-то, у меня было бы ощущение, что я не могу это увидеть. Процесс рисования не перестает изумлять меня, каждый рисунок — проявление волшебства. Чтобы обрести интересную манеру рисования, потребуется время. Любопытно, что людям кажется, будто самое трудное в рисовании — точность изображения, в то время как это последнее, что здесь важно. Но стоит отточить свое умение, прежде чем перейти к чему-то еще, к экспрессивной манере, например.
Lord Jim. Милтон Глейзер, обложка книги. Плакат The Joy of Reading. Милтон Глейзер, 1986 год.
Вы следите за работой других дизайнеров, за тем, как развивается эта сфера в общем? И если да, кого вы можете назвать действительно влиятельным мастером своего времени?
Не буду отвечать слишком прямолинейно.
Таких, быть может, пятьдесят человек, а я назову только троих. Есть среди них и не очень известные, но при этом отличные специалисты. Я не очень-то интересуюсь тем, что происходит сейчас в профессиональном поле дизайна, потому что за этим нужно тщательно следить. Уже лет пятьдесят в дизайне не происходит никаких прорывов. Мы работаем с тем же инструментарием, что Баухаус и модернизм, Пол Ранд и все великие мастера. Вот что меняется: сейчас происходит возврат орнаменталистики. Должен признать: то, чем я интересовался последние двадцать лет, сейчас все больше и больше отклоняется от принципов модернизма — простоты и ясности. Вместо них — двойственность, беспорядочность, замысловатость, грубость. Думаю, мы постоянно движемся от классицизма к экспрессионизму. Но сейчас мы на середине неоднозначного пути к ответу, что такое дизайн и каким он может стать. Ситуацию усугубляют беспорядок и злоба, которые творятся в мире. Люди не могут ужиться в Вашингтоне или на Ближнем Востоке — это тоже влияет на работы, которые мы видим.
Над чем вы работаете сейчас?
Весь мой стол сейчас занят проектом для больницы, но его я только начал вчера, а также новой версией шрифта, который я разработал пару лет назад, под названием Glaser Stencill. Мы к нему кое-что добавляем совместно с Yesterday Magazine, который я делал вместе с Human Rights Watch. Ну и еще пара вещей.
Вы предпочитаете вести несколько проектов одновременно или глубоко концентрироваться на одной задаче?
Не знаю, какой будет моя следующая мысль и к чему она подтолкнет меня. Я никогда не работаю над одним проектом, у меня всегда тысячи идей.
Проделав такой долгий путь и добившись в своей карьере стольких удач, чем вы гордитесь больше всего?
Тем, что я жив. Пока ты остаешься в профессии, ты надеешься пробыть в ней еще какое-то время. Может, я немного задержался, конечно. Но я все еще хожу на работу и делаю свое дело — мне кажется, это хороший уровень. Я активен, и мне все еще есть чему учиться — вот чем я горжусь больше всего.
Плакат Heiwa (Peace). Милтон Глейзер, 1981 год. Плакат Master Studio for Fine Art Domberger. Милтон Глейзер, 1984 год.
Существуют ли для вас какие-то имена-ориентиры в дизайне или изобразительном искусстве?
Для меня существуют два героя-художника: Пабло Пикассо и Джорджо Моранди. C Моранди мы вместе учились в Италии в 1950-х. Они потрясающе полярны: Пикассо желал всего — всей славы, всех денег, всех женщин. А Моранди, напротив, не желал ничего. Ему просто хотелось преподавать раз в неделю в самой обыкновенной школе в Болонье, а потом возвращаться домой и рисовать. Однако в работах обоих, на первый взгляд прямо противоположных, полярных художников, можно обнаружить, если присмотреться внимательнее, исключительный творческий диапазон и рост. В случае с Пикассо это просто — одной из удивительных его черт было стремление отказаться от всего, в чем он уже преуспел. Начав делать что-либо, Пикассо достигал совершенства и тут же забывал об этом, обращаясь к чему-то новому.
Он стремился к успеху, а затем отрекался от него. Я всегда полагал, что самая большая трудность профессиональной жизни состоит в том, что нельзя слишком часто терпеть неудачу без риска вылететь из профессии. В профессиональной жизни ты должен постоянно преуспевать, чтобы быть на виду и иметь вес. Но в жизни художественной ты должен терпеть неудачи одну за другой, чтобы понять, что же ты на самом деле делаешь. В нашей профессии неудачи неприемлемы. И можно сказать, что вследствие этого в ней нет и развития, поскольку тебе не приходится выходить за пределы некоего представления о себе и своей работе. Но в случае с Пикассо становится очевидно, что бескомпромиссное отречение от собственных достижений и прошлых побед позволило ему перейти от манеры и стиля к чему-то большему. Он учился на неудачах.
Так или иначе, я призываю вас чаще ошибаться в вашей профессиональной жизни, если вы хотите понять, чему же вы способны научиться.
Интервью: Митя Харшак.
Перевод с английского: Ольга Рябухина
Иллюстрации: работы Милтона Глейзера
#история дизайна #американский дизайн #графдизайн #интервью
Что нужно знать о Милтоне Глейзере, который придумал легендарный логотип I Love New York
В конце июня 2020 года не стало знаменитого графического дизайнера Милтона Глейзера — он скончался в день своего 91-летия.
Всему миру он известен как автор логотипа любви к Нью-Йорку — эти черные буквы с красным стали, пожалуй, одним из самых узнаваемых логотипов в истории. Однако мировой культуре есть за что еще благодарить Глейзера. Правила жизни собрал ключевые факты.
Теги:
нью-йорк
дизайн
Все жанры сразу
Не занимайтесь самолечением! В наших статьях мы собираем последние научные данные и мнения авторитетных экспертов в области здоровья. Но помните: поставить диагноз и назначить лечение может только врач.
Милтон Глейзер родился в Нью-Йорке в еврейской семье эмигрантов из Венгрии. Он довольно рано определился с тем, что хочет связать свою деятельность с искусством — окончил Манхэттенскую художественную школу, а затем художественный колледж Cooper Union и Академию изящных искусств в Болонье, где учился у живописца Джорджо Моранди.
Такое образование открывает перед тобой всю мировую культуру и направления в искусстве, и может быть сложно определиться, в каком жанре работать, — Глейзер и не стал. Вернувшись из Болоньи в Нью-Йорк, вместе со своими однокурсниками из колледжа он основал дизайн-студию Push Pin, в основу работы которой лег принцип смешения жанров, техник и культурных референсов. Это же определило и манеру творчества самого Глейзера: однозначно охарактеризовать все многообразие его работ довольно сложно (и бессмысленно), а вот найти в нем отсылки к ар-нуво, творчеству Марселя Дюшана и дадаистов, китайской каллиграфии — запросто.
Ода любви к Нью-Йорку
Глейзер не только родился и вырос в Нью-Йорке, он жил городом и искренне его любил. В 1968 году он вместе с журналистом Клэем Фелкером основал журнал New York и до 1977 года был там арт-директором, разработал логотип издания и нарисовал не один десяток обложек.
Но, конечно, главным признанием в любви к городу стала кампания 1977 года.
В середине семидесятых в Нью-Йорке вырос уровень преступности, город стал считаться опасным, перестал привлекать туристов и был на грани банкротства. Правительство штата решило всерьез взяться за развитие туризма и поручило рекламному агентству Wells Rich Greene и Милтону Глейзеру, который с ним сотрудничал, придумать соответствующую кампанию и айдентику.
фото из открытых источников
фото из открытых источников
По легенде, Глейзер придумал простой логотип с сердечком, когда ехал на заднем сиденье такси на встречу с заказчиком. Логотип незатейлив, но полон смысла: шрифт, которым написаны буквы I и NY, — это American Typewriter, распространенный среди американских печатных машинок и прочно ассоциированный с Нью-Йорком. Квадратная композиция основана на работе LOVE художника Роберта Индианы: она была создана в 1970 году и успела стать культовой. Свежепридуманный логотип Глейзер передал мэрии безвозмездно в качестве акта буквального акта признания в любви к Нью-Йорку.
Сердечки на футболках и не только
Глейзер думал, что кампания для продвижения туризма продлится всего пару месяцев, но она стала настолько популярной, что затянулась на годы. Сейчас логотип I♥NY приносит штату Нью-Йорк $30 миллионов ежегодно: его печатают на футболках, кружках и другой сувенирной продукции, которая пользуется невероятным спросом у туристов. Идея стала настолько популярной, что правительству приходится регулярно подавать жалобы на тех, кто создает аналогичные логотипы с надписями вроде «я люблю йогу», «я люблю радио» и «я люблю что угодно» (сейчас на счету штата около 3000 таких исков).
Футболка с сердечком и вовсе стала культовой вещью. Она считается непременным атрибутом туриста, побывавшего в Нью-Йорке, но также появляется на Чендлере из «Друзей» как часть костюма «американца». Такую же футболку носит Эмма Уотсон, героини сериала «Сплетница» и многочисленные модные блогеры. Футболка вдохновляет модных дизайнеров: например, ее перекроенная версия вошла в коллекцию весна–лето 2013 3.
1 Phillip Lim, а марка Eddie Borgo переосмыслила ее в панковском духе.
Особенную значимость логотип приобрел после трагедии 11 сентября. Глейзер, оказавшийся очевидцем страшных событий, разработал модифицированную версию: у красного сердца оказался обожженным край, а под исходной надписью появилась приписка more than ever (получилось «Я люблю Нью-Йорк больше, чем когда либо»). «В течение нескольких дней после трагедии я работал над новым постером, чтобы выразить в нем все, что я искренне хотел сказать в тот момент. С нашим городом случилась беда, и она воспринималась как смерть близкого человека — пока это не случилось, не понимаешь, как сильно любил его», — рассказывал дизайнер. В итоге новый логотип помог людям оправиться, стал символом общности для ньюйоркцев, сплотил напуганных людей, чтобы вместе преодолеть ужас и трудности.
Боб Дилан, Олимпийские игры и Всемирная организация здравоохранения
Хотя I♥NY остается самой узнаваемой работой Глейзера, есть в его портфолио и не менее значимые — например, обложка сборника Greatest Hits Боба Дилана 1968 года с профилем музыканта и разноцветной прической, плакат для Олимпийских игр 1984 года в Сараево и логотип кампании борьбы со СПИДом для Всемирной организации здравоохранения.
Список можно продолжать еще долго: тут и психоделический постер седьмого сезона сериала «Безумцы», и плакаты с призывами задуматься о климатических изменениях, и реклама легендарного ликера, и многое другое. Это наглядно доказывает: Милтон Глейзер — куда больше, чем просто дизайнер, и уж точно не только создатель «логотипа Нью-Йорка». Его работы, основанные на разностороннем бэкграунде и задействовавшие весь культурный арсенал, сейчас считаются классикой поп-арта и важной вехой современного дизайна. Сам же Глейзер до конца продолжал работать, преподавать, рассказывать еврейские анекдоты в YouTube-шоу — и, конечно, любить Нью-Йорк.
Courtesy of Milton Glaser Inc.
Courtesy of Milton Glaser Inc.
Милтон Глейзер | Биография
Бесконечная длина
Милтон Глейзер
PUSHPIN STUDIOS
В 1954 году Милтон Глейзер вместе с Рейнольдом Раффинсом, Сеймуром Чвастом и Эдвардом Сорелом основали Pushpin Studios.
В течение двадцати лет Глейзер вместе с Сеймуром Хвастом руководил организацией, которая оказала сильное влияние на направление мирового графического дизайна, кульминацией которой стала памятная выставка в Музее декоративного искусства Лувр в Париже.
NEW YORK MAGAZINE
В 1968 году Глейзер и Клэй Фелкер основали журнал New York, где Глейзер был президентом и директором по дизайну до 1977 года. Издание стало образцом для городских журналов и стимулировало множество подражаний.
WBMG
В 1983 году Глейзер объединился с Уолтером Бернардом, чтобы создать WBMG, фирму по дизайну публикаций, расположенную в Нью-Йорке. С момента своего основания они оформили более 50 журналов, газет и периодических изданий по всему миру. WBMG отвечала за полный редизайн трех крупных газет: The Washington Post в США, La Vanguardia в Барселоне и O Globo в Рио-де-Жанейро. Он консультировал дизайнерские проекты для The Los Angeles Times, The Boston Globe, The Dallas Times Herald, The East Hampton Star, New York Daily News и National Post (Канада).
Среди клиентов журнала в США: Time, US News & World Report, Adweek, Brill’s Content, Crain’s Chicago Business, Family Circle, Golf Digest, The Nation, Autoweek, Biography, USA Weekend, PC Magazine и Wine Spectator. WBMG создала оригинальные дизайны прототипов для Manhattan, Inc., Windows, The Journal of Art и ESPN, the Magazine. В Европе WBMG разработала и создала оригинальный формат для Alma (женский сервисный журнал) и Zeus (культурная газета). Фирма обновила дизайн L’Express, Lire (французский литературный журнал), Jardin des Modes (женская мода), L’Espresso в Риме и Business Tokyo в Японии. WBMG также разработала Годовой отчет American Express за три года, а также несколько книг, в том числе Cadillac Стива Салмьери и Мухаммед Али: воспоминания для Риццоли и SportsCentury ESPN для Hyperion. Уолтер и Милтон являются соавторами «Наших времен», иллюстрированной истории 20-го века, опубликованной в 1995.
MILTON GLASER, INC.
Milton Glaser, Inc. была основана в 1974 году.
Работа, производимая в этой манхэттенской студии, охватывает широкий спектр дизайнерских дисциплин. В области печатной графики студия производит программы идентификации для корпоративных и институциональных маркетинговых целей, включая логотипы, канцелярские товары, брошюры, вывески и годовые отчеты.
В области экологического дизайна и дизайна интерьера фирма разработала концепцию и руководила производством многочисленных продуктов, выставок, интерьеров и экстерьеров ресторанов, торговых центров, супермаркетов, отелей и других торговых и коммерческих помещений.
Глейзер также лично отвечает за дизайн и иллюстрации более 300 плакатов для клиентов в области издательского дела, музыки, театра, кино, институциональных и общественных предприятий, а также для коммерческих продуктов и услуг.
Графические и архитектурные заказы Глейзера включают логотип (который был описан как «наиболее часто имитируемый дизайн логотипа в истории человечества»), заказанный штатом Нью-Йорк в 1976 году; дизайн 600-футовой фрески для нового здания Федерального управления в Индианаполисе в 1974; полные графические и декоративные программы для ресторанов Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, а также дизайн смотровой площадки и постоянной выставки башен-близнецов Всемирного торгового центра в 1975 году.
Он также разработал ряд архитектурных проекты, в том числе Sesame Place, детский образовательный игровой парк в Пенсильвании, 1981–83. В течение пятнадцати лет Милтон Глейзер занимался редизайном основной американской сети супермаркетов The Grand Union Company, проектом, который включал в себя всю архитектуру компании, интерьеры и упаковку. Он отвечал за дизайн интерьера и концепцию 19-го века.87-88 Triennale di Milano Международная выставка в Милане, Италия, на тему «Города мира и будущее мегаполиса». В 1987 году г-н Глейзер отвечал за графическую программу комплексов Rainbow Room для Rockefeller Center Management Corporation, Нью-Йорк. Также в 1987 году он разработал Международный символ СПИДа и плакат Всемирной организации здравоохранения. С 1986 по 1989 год он отвечал за графический дизайн, тематику и вывески для торгового центра Franklin Mills в Филадельфии, штат Пенсильвания; и в 1988, он завершил экстерьер, интерьер и все графические элементы Trattoria dell’Arte, одного из нескольких нью-йоркских ресторанов, которые он спроектировал.
В 1990 году компания Milton Glaser, Inc. отвечала за общую концепцию и дизайн интерьера музея New York Unearthed, расположенного в манхэттенском морском порту Саут-Стрит. В 1993 году он разработал логотип для пьесы Тони Кушнера «Ангелы в Америке», получившей Пулитцеровскую премию. У этого списка нет конца. В настоящее время Милтон выступает в качестве консультанта по дизайну для компаний, представленных в разделе тематических исследований, таких как Target Corp. 9.0008
ВСЕМИРНЫЕ ВЫСТАВКИ
Помимо коммерческих предприятий, работы Милтона Глейзера выставлялись по всему миру. Наиболее заметны следующие выставки: персональная выставка в Музее современного искусства в Нью-Йорке (1975 г.) и Центре Жоржа Помпиду в Париже (1977 г.), а также в галерее Линкольн-центра в Нью-Йорке (1981 г.). и Галерея Хоутона, The Cooper Union, Нью-Йорк (1984). В 1989 г. у г-на Глейзера было много выставок в Италии. Один из них был персональным показом плакатов в Музее Виченцы, а другой — «Джорджо Моранди/Милтон Глейзер» — в Галерее современного искусства в Болонье.
В 19В 91 году итальянское правительство поручило ему создать выставку, посвященную итальянскому художнику Пьеро делла Франческа, в рамках празднования его 500-летия. Это шоу открылось в Ареццо, Италия, а через год (при спонсорской поддержке Campari) переехало в Милан. В 1994 году The Cooper Union, альма-матер г-на Глейзера, организовала шоу в Нью-Йорке. В 1992 году в галерее Nuages в Италии открылась выставка рисунков «Воображаемая жизнь Клода Моне».95, адаптированная версия этого шоу была выставлена в японской Creation Gallery. 1995 год также принес выставку Глейзера в Художественный институт Бостона. В 1997 году в японском музее Сантори была организована крупная ретроспектива The Pushpin Studios, на которой были представлены прошлые и настоящие работы Милтона Глейзера и других художников Pushpin. Большая ретроспектива его работ открылась в феврале 2000 года в Fondazione Bevilacqua La Masa в Венеции.
ДИЗАЙН И ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ СООБЩЕСТВО
С самого начала своей карьеры Милтон Глейзер был активным членом дизайнерского и образовательного сообществ.
Он был инструктором и членом правления в Школе визуальных искусств в Нью-Йорке с 19 лет.61 год и входит в совет директоров The Cooper Union, Нью-Йорк. Он был членом Международной конференции дизайна в Аспене с 1972 года (президент в 1990–1991 годах) и Американского института графических искусств, где он был вице-президентом и сопредседателем Национального собрания 1989 года. Среди многочисленных профессиональных наград он является обладателем золотой медали Общества иллюстраторов, медали Святого Годена от The Cooper Union и премии Савиньяка за самый запоминающийся плакат в мире 19 лет.96. Милтон Глейзер — член Зала славы Клуба арт-директоров и Американского института графических искусств (AIGA). Он имеет почетные докторские степени Института искусств Миннеаполиса; Колледж Мура; Музейная школа Филадельфии; Школа визуальных искусств; Куинс-колледж, CUNY; Нью-Йоркский университет в Буффало и Лондонский Королевский колледж искусств. Он является избранным членом Пинокатеки в Болонье, Италия, а в 1992 году получил награду с отличием от Американского института архитекторов (AIA).
В 2004 году он получил Премию за выслугу от Смитсоновского института Купер-Хьюитт, Национального музея дизайна, за его глубокий и значимый долгосрочный вклад в современную практику дизайна.
ПОСТОЯННЫЕ КОЛЛЕКЦИИ
Милтон Глейзер представлен в постоянных коллекциях Музея современного искусства в Нью-Йорке; Музей Израиля, Иерусалим; Банк Чейза Манхэттена, Нью-Йорк; Национальный архив Смитсоновского института, Вашингтон, округ Колумбия; и Национальный музей дизайна Купера Хьюитта, Нью-Йорк.
11 запоминающихся проектов графического дизайна Милтона Глейзера
В ознаменование смерти Милтона Глейзера мы собрали 11 самых интересных графических проектов жителя Нью-Йорка за последние шесть десятилетий, в том числе ранее неизданный символ единения, которым он был работал до самой смерти.
Родившийся 26 июня 1929 года, Глейзер умер ровно через 91 год в свой день рождения в Нью-Йорке, где прожил всю свою жизнь. Его самый известный проект I ♥ NY выразил гордость за город и вскоре стал общепризнанным символом.
Примерно в то же время, что и эта кампания, художник разработал плакат для американского певца Боба Дилана и стал соучредителем журнала о стиле жизни и культуры New York.
Глейзер продолжал создавать графику до последних дней своей жизни, когда он еще работал над проектом, призванным создать коллективный дух во время вспышки коронавируса.
Вот 11 проектов графического дизайна покойного художника:
Вместе
Вплоть до своей смерти 26 июня 2020 года Глейзер работал над графическим проектом, который должен был представить идею коллективизма во время вынужденной изоляции из-за пандемии Covid-19.
Как сказал художник New York Times, он надеялся, что проект под названием «Вместе» будет распространен среди государственных школ по всему городу, чтобы распространить идею о том, что «мы не одиноки».
«Мы все вместе в этом» повторялось тысячу раз, но вы можете создать символический эквивалент этой фразы, просто используя слово «вместе», а затем заставив эти буквы [выглядеть] так, как будто они все разные, но все связанные», — сказал он изданию.
Кампания I ♥ Нью-Йорк
Созданный в 1977 году в рамках рекламной кампании по заказу штата Нью-Йорк, культовый логотип I ♥ NY был разработан для увеличения туризма и поднятия настроения жителей Нью-Йорка после финансового кризиса в городе.
Глейзер, разработавший логотип на безвозмездной основе, решил использовать шрифт, похожий на известный шрифт American Typewriter, из-за его «неформальности и литературной отсылки», а также из-за того, что он создавал визуальный контраст сладострастному сердцу.
Дизайнер позже пересмотрел эмблему после терактов 11 сентября, адаптировав ее, чтобы сказать «Я ♥ Нью-Йорк больше, чем когда-либо».
Плакат «Безумцы» для AMC
Последний сезон американского драматического телесериала «Безумцы» рекламировался серией плакатов и анимации в стиле ар-нуво, разработанных Глейзером в 2014 году.
В дизайне представлен культовый силуэт главного героя Дона Дрейпера, показанный в начальных титрах шоу, на фоне женской головы рядом со стаканом, наполненным напитком.
Постер Боба Дилана для CBS Records
Глейзер применил свой фирменный психоделический стиль к плакату, который он разработал для Columbia Records в 1967 году, чтобы проиллюстрировать альбом Боба Дилана Greatest Hits. Работа привела к всплеску славы графического дизайнера.
Взяв за основу дизайн автопортрета французско-американского художника Марселя Дюшана, на плакате изображен профиль Дилана в виде черного силуэта, который резко контрастирует с закрученными линиями цвета радуги, изображающими вьющиеся локоны певца.
Логотип журнала New York
В 1968 году Глейзер вместе с американским редактором Клэем Фелкером основал журнал New York, который стал конкурентом The New Yorker. Здесь он занимал пост президента и директора по дизайну до 19 лет.77.
В дополнение к созданию фигурного логотипа для журнала о жизни, культуре, политике и стиле Глейзер также разработал плакат для продвижения публикации под названием «Нью-Йорк — это Нью-Йорк», на котором изображен Эмпайр-стейт-билдинг в городе в четыре разных времени.
Бутылка водки Трамп
Глейзер также отвечал за дизайн позолоченной бутылки водки для президента США Дональда Трампа незадолго до того, как в 2006 году бывший предприниматель предоставил лицензию на использование своего имени для анонимной голландской водки9.0008
Бутылка кубической формы, напоминающей небоскреб, имеет две стороны, покрытые золотом, с вырезанной буквой T, чтобы было видно только прозрачное стекло, и две стороны рисунка в обратном порядке.
Однако, говоря с Fast Company о дизайне в 2016 году, Глейзер сказал изданию, что бутылка рассчитана «на самый низкий уровень человеческой активности».
«То, что вы продаете, — это зависть и статус», — сказал он, добавив, что «ни при каких обстоятельствах не стал бы работать на Трампа сегодня», поскольку он видел в нем «чрезвычайно опасную фигуру в американской жизни». »
Графика Get Out The Vote для выборов в США
Глейзер был среди множества дизайнеров, которые создали графику, чтобы побудить американцев приехать на избирательные участки и проголосовать на президентских выборах 2016 года.
Плакат с цветовыми блоками, разработанный в рамках кампании AIGA Get Out The Vote, имеет слова «Голосовать — значит существовать», написанные на передней части урны для голосования, как бюллетень для голосования, опущенный внутрь.
Плакат Campari
В 1992 году Глейзер разработал яркий плакат для итальянского алкогольного бренда Campari, чтобы рекламировать его знаменитый аперитив, наиболее известный благодаря его использованию в коктейлях Negroni.
На плакате изображен трапециевидный вид стола, накрытого скатертью в зеленую, розовую, лиловую и желтую клетку, поверх которого находится бутылка ликера и стакан с переливающейся темно-красной жидкостью.
Всемирная организация здравоохранения
Глейзер разработал плакат для Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) под названием «СПИД: всемирные усилия остановят его».
Плакат, выпущенный в 1987 году, изображал простой красный символ любви в виде сердца, который был разделен пополам и разделен, соединенных в центре эмблемой в виде синего черепа.
